УЗЕЛОК РАЗВЯЖЕТСЯ?! (что происходит в чечне)

Еще совсем недавно — летом прошлого года — на территории Российской Федерации возникла очередная “неуправляемая территория”, как на “официальном языке” теперь принято называть мятежные провинции типа Чечни. Тогда ваххабиты — жители сёл Карамахи, Чабанмахи и Кадар — заявили о своем намерении выйти из состава Дагестана и образовать “независимую исламскую территорию” на базе своих селений. Власти Махачкалы, понятное дело, забеспокоились. Ведь для всей вчерашней советской и партийной номенклатуры, осуществляющей власть в бывших “союзных” и “автономных” республиках, худшую угрозу, нежели “религиозный экстремизм”, трудно и вообразить. “Исламисты”, в отличие от сегодняшних “обновленных” коммунистов, умеют не только пропагандировать свои воззрения, но и проводить их в жизнь, не считаясь ни с какими жертвами. Готовность ваххабитов к войне, оплачиваемая многомиллионными долларовыми вливаниями из-за рубежа, не подлежит никакому сомнению. Как сказано в одной из их листовок, распространяемых в Махачкале, “решающего сражения” они ждут “…с нетерпением и благоговейным трепетом”. “Во имя Аллаха” ваххабиты хотят превратить Дагестан в арену ожесточенных боев, чтобы, физически уничтожив или изгнав всех противников, установить режим по образцу своих единомышленников из афганского движения “Талибан”.
Но вернемся к летним событиям. Тогда перед властями республики встал вопрос: как ответить на брошенный вызов? Логика борьбы — единственно приемлемая на Востоке — требовала принятия немедленных жестких мер. Но собственных сил для этого могло и не хватить. Ведь кроме примерно 600 ваххабитов-боевиков, сосредоточенных в самом “Карамахинском уезде”, в схватку почти неизбежно должны были вмешаться отряды Радуева, Хоттаба, Бараева и Шамиля Басаева из соседней Чечни. Союзниками ваххабитов, при определенных условиях, могли также выступить боевики Лакского народного движения “Кази-Кумух” под руководством печально известных братьев Хачилаевых, а также банды, действующие под вывеской “Аварского народного движения “Фронт имени Имама Шамиля”, руководит которым член народного собрания республики и по совместительству генеральный директор АО “Дагнефть” Гаджи Махачев. А это — еще по нескольку сот до зубов вооруженных боевиков. Для того, чтобы справиться с такими силами, одних республиканских сил милиции и ОМОНа было явно недостаточно, да и боеспособность местных “силовиков” весьма и весьма сомнительна…
Оставалась надежда на Федеральный центр. Для того, чтобы справиться с мятежниками, требовались регулярные войска и отряды спецназа, боевая авиация и артиллерия. Уже тогда, оценивая возведенные ваххабитами под руководством иностранных инструкторов укрепления, специалисты предупреждали, что для взятия указанных населенных пунктов потребуется масштабная войсковая операция. Но “Москва” отреагировала на тревожные обращения из Махачкалы весьма своеобразно. О подготовке и организации возможных силовых акций не было и речи. Более того, вполне реальный, хотя и “половинчатый” путь блокирования и “экономического удушения” мятежного анклава, был с ходу отброшен как “негуманный”. “Российская демократия” бросила в бой свою проверенную фигуру — министра внутренних дел Степашина. Прибыв в Карамахи собственной персоной, он вдосталь отведал местного плова и, прихватив подаренные от “исламских щедрот” бурку и шашку, во всеуслышание заявил о том, что “не обнаружил в идеологии ваххабитов никакого экстремизма”. Его слова подхватила “Независимая газета” (являющаяся, как известно, рупором другого “миротворца” — Бориса Березовского). Не отстало от “веяний времени” и телевидение, как “государственное”, так и “независимое”.
Со слов самих “карамахинских героев” явствует, что Степашин достиг с ними устных договоренностей, включающих в себя в качестве обязательного условия отказ властей от любых мер по ограничению дальнейшей пропаганды и распространения ваххабизма и уж тем более отвергающих саму возможность насильственного восстановления в Карамахи законной власти. Таким образом, дагестанские руководители получили от Кремля вместо помощи ощутимый “щелчок по носу”.
Теперь ваххабиты, еще совсем недавно скромно ходившие в подручных у Басаева и Радуева, открыто претендуют на роль “третьей силы” в противостоянии Масхадова и лидеров т.н. чеченской оппозиции. Сейчас, по оценкам сотрудников российского МВД, численность вооруженных формирований, подчиненных ваххабитским “исламским джамаатам”, превысила две тысячи штыков. Примерно, половина из них — дагестанцы. Надо учесть, что ваххабитские общины связаны жесткой дисциплиной, и это позволяет им легко маневрировать силами, перебрасывая в короткие сроки сотни своих приверженцев из одного района в другой. В рядах ваххабитов и в составе их вооруженных отрядов действуют в качестве инструкторов или “проходят обучение” десятки моджахедов из Йемена, Таджикистана, Узбекистана, Курдистана, других регионов России, СНГ и дальнего зарубежья. В ноябре-декабре прошлого года бригадный генерал и командир “исламского полка” Бараев провел мобилизацию всех своих сторонников. Несколько сотен ваххабитов из Дагестана по его призыву перешли в Урус-Мартановский район Чечни, где соединились со своими чеченскими единоверцами. В январе на фоне общего противостояния президента и так называемого “совета командующих” ваххабитские отряды “вошли во вкус” уже столь близкой политической власти. Попытки Масхадова взять под контроль город Урус-Мартан встретили отпор именно со стороны формирований Бараева. 21 января в стычке на окраине этого населенного пункта ваххабитами были убиты двое сотрудников департамента шариатской государстенной безопасности “Ичкерии” (ДШГБ). Еще два сотрудника получили тяжелые ранения. Вскоре после этого обнаглевшие ваххабиты прибыли в Грозный, где взяли под свой вооруженный контроль Старопромысловский и Заводской районы.
Впрочем, лидеры новоявленных “моджахедов” не склонны обольщаться — овладеть всей властью в Чечне им пока не под силу. Слишком много здесь более влиятельных претендентов — взять хотя бы того же Басаева. Да и воевать “на самом деле” в Чечне никто не собирается. Хотя обе стороны мобилизовали по нескольку тысяч приверженцев, противоборствующие стороны ограничиваются грозными заявлениями и незначительными стычками. Ни одна из группировок не попыталась пока сколько-нибудь серьезно атаковать важные для противника объекты. Похоже, что большого кровопролития в “Ичкерии” все равно не будет. Это стало еще более очевидным после того, как Масхадов объявил Чечню “государством, живущим по нормам шариата”, пытаясь тем самым примирится с неугомонными исламистами.
Добившись столь внушительных успехов, ваххабитские лидеры, похоже, опьянели от собственной мощи. Им показалось (возможно, не без основания), что пора отбросить все стесняющие рамки и приступить, наконец, к “джихаду” на территории Дагестана. Начало уже положено. 18 января село Карамахи, согласно предварительной договоренности, вздумал посетить глава администрации Буйнакского района М. Алихаев. Целью поездки было проведение собрания жителей села по вопросу как жить дальше. Но беседа с карамахинцами произошла у чиновника в несколько неподходящей для этого обстановке. Еще на дальних подъездах к селу он был остановлен группой упакованных в камуфляжную форму и обвешанных оружием молодых боевиков, которые заявили ему, что с нынешнего дня в Карамахи провозглашается “Независимая исламская территория”. Мятежники также объявили, что более не намерены принимать у себя никого из представителей как местных, так и федеральных властей, поскольку их государство выходит из состава России и Дагестана. Вытурив своего главу администрации, местные ваххабиты занялись срочным усилением укреплений и привели расквартированные в указанных селах отряды в повышенную боевую готовностью. Не ровен час потребуют назад у министра дареные бурку и саблю, а в качестве процентов захотят получить, скажем, все земли по линии: Астрахань-Ростов-на-Дону (это — давняя мечта кавказских “исламистов”).
Итак, ситуация возвращается к исходной точке. Вновь встает вопрос о “карамахинской опухоли”. Только вот операцию по ее удалению теперь косметическими методами уже не провести — “опухоль” дала обширные метастазы. Противник не терял времени даром. За истекший год ваххабитские общины удалось создать практически в каждом районе республики. Особый успех пропаганда учения получила в лакских, нагайских и кумыкских селах. В десятках из них ваххабитам удалось создать вооруженные отряды численностью от 10 до 100 человек. Две тысячи бандитов — это уже не несколько сотен. К ним с радостью примкнет вся чеченская оппозиция, которая в качестве одного из способов выхода из конфликта с Масхадовым без “потери лица” рассматривает возможность “перенесения джихада” на соседний Дагестан. Под эту идею уже подводится база — 12 января в Чечне под председательством Шамиля Басаева создан “Конгресс народов Чечни и Дагестана”, где одну из ведущих ролей играет беглый лидер лакского народного движения “Кази-Кумух” Надиршах Хачилаев. Этот “герой” майского набега на здание дагестанского Государственного совета разъезжает по Чечне в форме полковника местных “вооруженных сил” и прямо призывает “покончить с господством России на Северном Кавказе”. (Меж тем, его сторонники в РД бомбардируют генпрокуратуру телеграммами и резолюциями с требованием “пересмотреть несправедливые обвинения” в адрес бывшего депутата Государственной думы).
Сам Басаев на состоявшемся 29 января митинге в Урус-Мартане заявил, что Россия “разваливается на части и надо поскорее оторвать от нее все северокавказские земли”.
Похоже, сходно мыслит и президент свободолюбивой Ингушетии Руслан Аушев, решивший 28 февраля провести референдум, цель которого вывести из федеральнгоподчинения буквально все республиканские силовые структуры. Подобная постановка вопроса, сама по себе тянет на открытие уголовного дела по статьямкарающим за призывы к свержению конституционнго строя и за попытку государственного переворота.Но федеральные власти в лице тогоже Степашина пытаются робко договорится с грозным кавказским генералом. Боротся министр может лишь с безоружными “русскими экстремистами”.
Масхадов также не раз намекал своим оппонентам на желательность переноса их усилий куда-нибудь по соседству, и даже на одном из митингов прямо обещал, что в этом случае “окажет им всю необходимую помощь”. Хорошего союзничка имеет сегодня Кремль в Чечне!
На 7 марта сего года в Дагестане намечены выборы в народное собрание. Одновременно в республике будет проведен референдум по вопросу о переходе к президентской форме правления. За “реформу” с редким единодушием выступают поголовно все сепаратистски настроенные лидеры, включая все тех же Хачилаевых и Махачева. Дорвавшись до этого вожделенного поста, каждый из них уже предвкушает блестящую карьеру, подобную взлету “южного соседа” — Гейдара Алиева. Однако на их пути есть и существенные препятствия: против введения президентского поста выступает не только влиятельная даргинская община, представленная главой Государственного совета Магомедовым и мэром Махачкалы С. Амировым, но и большая часть простых граждан всех национальностей, проживающих в республике.
Вот на этот случай и готовятся к выступлению ваххабиты. Если референдум не принесет для союзных им экстремистов желанных результатов, и таким образом “легальный путь” захвата власти окажется невозможным, — тогда в ход пойдет оружие.
Если Москва адекватно отреагирует на усиление угрозы и предпримет необходимые контрмеры, негативное развитие ситуации существенно замедлится. Для этого жизненно важно уже сейчас немедленно начать тщательную подготовку к войсковым и специальным операциям против экстремистов, подтянуть в республику дополнительные контингенты войск, и в первую очередь надежно перекрыть чечено-дагестанскую границу. Необходимо также немедленно блокировать “карамахинский узел”, разоружить и нейтрализовать ваххабистские общины за его пределами и еще сделать многое, многое другое… Но на все это московские временщики почти наверняка не пойдут. Куда вероятнее попытка проведения ограниченной одноразовой операции силами специальных подразделений, которая, не достигнув решающего успеха, послужит лишь детонатором для расширения конфликта. Либо, что гораздо более возможно, федеральные власти, по своему обычаю, вновь спрячут голову в песок и будут ждать: чем все обернется. К чему приводит подобный подход — мы уже видели в Чечне. В любом случае ситуация, всего месяц тому назад казавшаяся относительно стабильной, вновь приобретает угрожающий характер. Лавина дрогнула, и для ее неудержимого обвала достаточно одного неосторожного слова…

 

(Завтра)

Advertisements